ЖИЗНЬ

Наши люди в другой стране: Казахстан по-прежнему в сердце – даже на Крайнем севере

Максим Чупаев родился в Самарке, в Восточном Казахстане, а в поселок Айхал за Полярным кругом приехал в шестилетнем возрасте, вместе с родителями. Они подались на заработки на Север, да так и прижились. Казалось бы – вся жизнь в Якутии, но Казахстан по-прежнему в сердце.

Сегодня Максим Чупаев – председатель Айхальского отделения казахской общественной организации «Атамекен». Айхальское отделение было создано в 2001 году, и с той поры члены казахской общины активно участвуют во всех мероприятиях посёлка Айхал. Конечно, в тесном сотрудничестве с другими национальными объединениями посёлка: якутской, бурятской, осетинской, молдавской… И праздники тоже проводят вместе: якутский Ысыах, бурятский Сагаалган, осетинский Джеоргуба. А скоро время праздновать Наурыз – казахский праздник весны. Все будет как на Родине – юрты, бешпармак, дорогие гости, веселье и настоящий праздник.

Правда, весна на Крайнем севере начинается совсем не в марте…

В это время в Якутии еще морозы, а снег сойдет, наверное, только к июню, как это бывает обычно в поселке Айхал, в котором живет и наша собеседница: жена Максима Чупаева – Айжана Бакешева.

Как им живется на севере?

 

Сам поселок – создан для добычи алмазов, рядом с ним шахта, три карьера и две перерабатывающие фабрики. Кимберлитовая трубка на этом месте была обнаружена геологами в 1959 году, а сам поселок появился пару лет спустя. Сегодня в нем живет около 14 тысяч человек. Поселок состоит из двух: Нижний, старый, с деревянными домами, и Верхний, здесь уже относительно современные бетонные многоэтажки.

И здесь – край вечной мерзлоты. Мирнинский район Республики Саха, крайний север.

Где работать – выбор не стоит. Компания «АЛРОСА» – единственный крупный работодатель, да еще муниципальная работа. Но все же в поселке зарегистрировано и около 300 предпринимателей. Айжана не работает – в декрете.

Айжана – уроженка Усть-Каменогорска, замуж она вышла в 2006 году, а переехала в Айхал только в 2014 году. С мужем познакомилась, когда он учился в Усть-Каменогорске, в ВКГУ.

Здесь исключительно красиво и привольно. На Крайнем севере вообще плотность населения – один человек на квадратный километр, и большинство жителей рассредоточено вот по таким крохотным, но довольно серьезным поселкам.

 

Вот только лета, в нашем привычном понимании, тут нет – средняя температура мая – минус три градуса, июня и августа – ну может, 15-17 тепла. И только в июле максимальная температура как-то доходила до 22 градусов. Просто жара! А в сентябре опять минус.

Рассказывает Айжана:

– Добраться сюда можно только по воздуху. Я помню, когда прилетела впервые, была поражена домами на сваях, почти полным отсутствием фруктов и ценами: все намного дороже, чем «на материке». И продукты, и одежда, и обувь, и стройматериалы, и техника.

– Поначалу очень долго привыкала к полярным ночам и дням: солнце всходит в полдень, а за горизонт прячется уже в 15.00. А летом – наоборот: ночью светло как днем.

– Северное сияние – это всегда неописуемый восторг. Ни одна фотография, ни одно видео не передаст всего этого великолепия. И видеть это своими глазами, на улице, прямо над головой – это изумительно! У нас тут фотографы за северным сиянием охотятся: знают, когда, во сколько оно.

– Мы все тут ходим в унтах – из камуса оленя. Это очень теплая, очень удобная обувь, но и очень дорогая.

– Наш поселок интернациональный. И мне нравится, что в таком небольшом поселке есть свой каток, бассейн, несколько спортзалов, Дворец культуры. В детский сад можно ходить до 6-7 лет, а для дошкольников есть бесплатные кружки в Детском доме творчества. У нас даже народный ансамбль танцев есть – «МиДЭНС» («Молодость и Дружба – Это Наша Сила»), защищает честь республики и поселка и в России, и за рубежом. А во Дворце культуры «Северное сияние» для школьников есть вокальная студия, театральные, танцевальные кружки. Мой муж, кстати, завуч в Детской школе искусств.

– Холодно? Ну да. Конечно, холодно. Но здесь очень сухой воздух, и холод в минус 50 совсем не такой, как в Усть-Каменогорске в минус 30-40, легче переносится. Но машины, например, или вообще не заглушают, или на зиму (а зима у нас девять месяцев) замораживают. Правда, и машина-то здесь особенно ни к чему: поселок небольшой, все в шаговой доступности, его пешком обойти можно, у нас даже светофоров нет. Впрочем, и летом, когда у людей отпуск, все стараются уехать туда, где теплее, к морю, на пляжи. Единственный транспорт, который очень нужен, без которого здесь не прожить – это самолет. У нас аэропорт в двух часах езды от поселка. А вот билеты на самолет дорогие, очень дорогие, не накатаешься в гости в другие города.

– Опасно ли тут жить? Хотя дороги в самом поселке отличные, даже перед подъездами ухожено, песочком подсыпают постоянно, но за пределами поселка уже ужасные гравийные дороги. Зимой люди, бывает, на автомобилях не могут добраться, замерзают на трассе, бывает, что и насмерть. Считается, что тут зарплаты высокие, но тут и цены намного выше на все. А зарплаты… Хороший заработок у тех, кто жизнью и здоровьем рискует, в шахтах.

– С отоплением – как и везде, у нас оно центральное, ну и как обычно: где-то холодно, где-то жара в квартире: обычные пятиэтажки, как в Усть-Каменогорске.

– Хорошая, спокойная неторопливая жизнь. И, кстати, для Крайнего севера наш поселок – это серьезный и солидный населенный пункт. Природа здесь суровая, больших городов нет, даже в Якутске, который считается самым большим городом на Крайнем севере, и то жителей столько же, сколько в Усть-Каменогорске, а это – столица.

 

Фото: Айжан Чупаева, Алена Прасолова, Руслан Ахметсафин

Вверх