На заседании акимата Восточно-Казахстанской области произошёл показательный эпизод, который наглядно продемонстрировал, как в региональной системе управления могут сосуществовать сразу несколько «реальностей» — каждая со своими цифрами, своими расчётами и, судя по всему, своей логикой. Речь шла о площади лесного фонда, то есть о базовом показателе, который, казалось бы, не должен вызывать разночтений. Но именно здесь два государственных органа умудрились представить разные картины одного и того же региона.
Управление природных ресурсов и регулирования природопользования уверенно озвучило одни данные: общий лесной фонд — 3 миллиона гектаров, из них покрытая лесом площадь — 1,6 миллиона. При этом территория, находящаяся в ведении акимата, оценена в 2,2 миллиона гектаров, из которых лесом покрыто 1,7 миллиона. Картина, на первый взгляд, стройная и логичная — ровно до того момента, пока слово не берёт департамент по чрезвычайным ситуациям.
Там те же самые леса вдруг начинают выглядеть иначе. Общая площадь вроде бы остаётся прежней — всё те же 3 миллиона гектаров, но дальше начинается альтернативная география: покрытая лесом площадь уже составляет 1,7 миллиона гектаров, а территория, подведомственная акимату, внезапно уменьшается до 2,1 миллиона гектаров. И самое интересное — это «лесистость» этой территории, которая в версии ДЧС сокращается до 1,2 миллиона гектаров.
В итоге получается картина, достойная отдельного научного исследования: в одном и том же регионе лес может занимать одновременно 1,6 и 1,7 миллиона гектаров, а на подведомственных территориях разница достигает уже полумиллиона гектаров. То есть где-то между отчётами буквально «теряется» лес площадью с небольшой европейский регион, и никто при этом не спешит объяснить, куда именно он делся.
Аким области Нурымбет Сактаганов на такую арифметику отреагировал жестко. Он прямо указал на несогласованность данных и дал понять, что подобные вещи должны устраняться до заседаний, а не становиться сюрпризом уже в процессе обсуждения. По сути, речь шла о базовом требовании — сверять информацию между ведомствами, прежде чем выносить её на уровень публичного рассмотрения.
Ситуация, конечно, выглядит почти комично, если не учитывать, что речь идёт о государственных органах, которые работают с официальной статистикой и принимают на её основе управленческие решения. Когда два ведомства не могут договориться даже о том, сколько у региона леса, возникает вполне логичный вопрос: а насколько точны остальные данные, которые используются при планировании, распределении ресурсов и отчётности?
И здесь дело уже не в конкретных цифрах, а в самой системе работы. Потому что если каждый считает «по-своему». В такой логике можно сколько угодно рисовать красивые слайды и уверенно докладывать цифры, но реальность от этого точнее не становится.
История с лесным фондом получилась неловкой, но очень показательной. Она наглядно демонстрирует, что проблема не в арифметике как таковой, а в том, что даже базовые данные в системе государственного управления могут существовать в нескольких версиях одновременно. И скорее всего теперь отчеты управлений начнут сходиться хотя бы на уровне цифр, ведь от точности зависят и управленческие решения!
